Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Картинка

Lana Del Rey "Lust for Life" (2017)



Здесь я оказался практически случайно. Вместе со многими-многими другими. Когда же это началось?.. Дайте вспомнить... да, в 2011 году. Именно тогда на сцену вышла никому не известная девушка Lana Del Rey и покорила практически всех. Читательниц Вога - стилем, губами и клипами. Неискушенных слушателей - приятной музыкой. Искушенных (и просто закостенелых старпёров) - заигрыванием со стилистикой 50-х и 60-х (даже скорее базированием на ней). И, конечно, всех вместе взятых - вокалом. Кто-то мог сказать - слащаво, кто-то еще к чему-то придраться - но сопротивляться было невозможно.

Я тогда не то чтобы попал под влияние или обояние. Всё-таки отличаюсь стойкостью и решительностью. Но мне было хорошо от того, что она появилась. Это был такой умный поп. С традициями, что для меня важно.

В дальнейшем за творчеством Ланы особо не следил и, может быть, даже подзабыл о ее существовании. Может и не вспомнил бы, да "Lust for Life" взорвавший чарты снова напомнил о ней. И вы же обратили внимание на название? Она, конечно, тоже в курсе. Но никак не комментирует и никак не обосновывает данных факт.

"Lust for Life" доставляет всё те же приятные эмоции, что и на заре карьеры Ланы Дель Рей. Лично мне поднадоедает к концу и не готов слушать его, как отдельное произведение - выделяя на пластинку ничем не занятое время с замиранием всех процессов. А вот фоном, временно отвлекаясь, в целом погружаясь и уж точно радуясь атмосфере альбома и чувству вкуса Ланы Дель Рей - это, да, это - с удовольствием.

Картинка

Лайф-хак

Достаточно актуальный. Когда мы покупаем электронику, то рассчитываем, что будем ею пользоваться и бед не знать. Но иногда он сразу ломается или показывает себя не с лучших сторон уже в первые дни (а то и часы) после покупки. Мы в таком случае идем к Продавцу и говорим, что хотим обменять товар либо вернуть деньги.

Но не тут то было. Если с одеждой прокатывает сказать лишь одно слово "не подошло" или даже "передумал", то в случае техники продавец, хитро подмигивая, говорит "оооок" и отправляет товар "на экспертизу", которая еще хер знает как закончится. Печаль.

Но выход, оказывается, есть. К сожалению, мною найден после инцидента (блеать), но в будущем, думаю, пригодится.

Итак, вся наша электроника подпадает под "технически сложный товар", который уже не вернешь просто так. Мало того, Продавец делает всё чтобы мы ее в принципе вернуть не могли - либо "ремонтируют", либо говорят "это допустимый недостаток". И нам приходится или жить с этим или уныло идти в суд.

Выход находится с другой стороны.
Всё что требуется... это... купить товар д-и-с-т-а-н-ц-и-о-н-н-о, т.е. с доставкой через курьера.
И всё! Тогда чтобы мы ни купили - наш товар автоматически переходит под особую категорию "Дистанционной продажи товаров", на которую действуют особые правила купли-продажи.
В частности, "Потребитель вправе отказаться от товара в любое время до его передачи, а после передачи товара - в течение семи дней".
Т.е. просто отказаться - выраженное тем самым простым словом "не подошло".
Покупаешь сраный мобильник через курьера, через два дня понимаешь - херня и отдаешь назад. Без каких либо проблем. Если менеджер скажет "нет" - суем под нос статью "26.1. Дистанционный способ продажи товара" Закона о защите прав потребителей.
Картинка

Василий Григорьевич Перов

Был я на прошлой неделе в Третьяковке и там, по новому для себя, открыл Василия Перова. Сложно описать чувства, но я попробую.

Перов находится в 17 зале - только он и никого другого. Да и вряд ли там кто-то бы выжил рядом с ним. Потому что у Перова свои краски, свои цвета, своя подавляющая пространство атмосфера. Рядом с ним многое бы упало со стен. А что не упало - спорило бы, воевало и создавало не нужные волны.

Василий Перов никогда не писал для услады чьих бы то ни было глаз. Никогда не стремился прогнуться под салонные вкусы или заманчиво пахнущие деньги. Всё существо Перова бежало за его же собственными внутренними поисками, непременно сопровождающимися болью во всей её обнаженной не прекрытой художественности!

Должен оговориться. Далее я буду упоминать и показывать картины, которые видел сам. И, которые, убеждаю вас, вы не увидите даже до тех пор, пока не придете в Третьяковку. Ибо Видеть картинку - это (естественно) даже более, чем Видеть фотографию. Просто для интереса введите в гугле любую из знакомых вам картин и перейдите на поиск картинок - удивительно на сколько различны оттенки даже на первой странице поиска. Не говоря уже о том, что все поиски размера полотна художником сведены к размеру дюймов вашего монитора. А все мазки кисти убиты плоскостью ЖК.
В случае же Перова (может быть потому что свежи еще образы) все изображения, которые я нахожу - словно отфотошоплены. Действительно. У него мрачный, вязкий мазок ограниченной палитры создающий не только лица полные прошлого, но даже одежду, которая словно с рождения своего живёт старея на холсте.

Знаете, есть люди, которым мало жить. Т.е. вот где то там родиться, чтобы уютно умереть. Эти люди чувствуют в себе непрекращающийся порыв к изменению текущего положения вещей. Такое впечатление, что каждым своим новым творением они стремятся "Может быть теперь я смогу". "Нет, не смог. Но... кажется у меня есть идея. Теперь я точно смогу". И так каждый раз.

Василий Перов, только выйдя из под крыла сразу же обратился к вскрыванию всей херни общества, к обнажению боли. Причем он ни в начале пути, ни потом - никогда не был тупо прямолинеен или дешево скандален или беспричинно жесток. В его сатирических картинах мы видим не только обнажение того, на что хочется закрывать глаза, но и точнейшее выражение характеров и души, в том числе и русской - на столько, что смотря на неприглядные сцены отвертеться "не мы" никак не получается. В его драматических, источающих боль, полотнах - всегда есть много много нюансов. Всегда есть то, что можно заметить, всегда есть то, что кружит над текущим - поддерживая веру в иное... но вместе с тем, своим контрастом усиливающее боль от текущего!
А портреты! Портреты! Каждый заказывающий ему свой портрет - человек открытый, способный, оттолкнув сталкера, зайти в ту самую комнату Зоны. Иначе, как можно отдать себя Перову - зная, что он не слышит пожеланий и пишет характер в лице?

Но пойдем с начала. Василий Перов только заканчивает академию, пробует себя сразу в ряде жанров и пишет, в том числе картину "Сцена на могиле" (1859), которой, к слову, остался недоволен.



Но даже в ней - посмотрите! - сколько всего. Поверх этой боли пожилой женщины, прямо над ней, ребенок сосущий белую чистую грудь. И совершенно библейские женщины спорящие с давящим заупокойным пейзажем. Конечно, они дают жизнь - да, что там, мы видим жизнь в руках одной из них. Но бескомпромисная печаль старухи с её бесцельной рукой не отпускает.

С началом 1860-х Перов окунается в обличающий сатирический жанр. Однако это знаете не такая ржачная сатира в стиле Крокодила. Сатира Перова ужасает. В ней нет ничего смешного. А если где-то и выписано что-то хоть чуточку намекающее на улыбку зрителя - оно тут же будет упокоено под весом горькой не доброй правды.
Сейчас, когда в творениях современных художников и на хуй наткнуться немудрено, нас сложно удивить. Но эти полотна не только тогда шокировали народ - они и меня останавливали перед собою, вкапывали в землю и не отпускали. А потом я еще бегал за ней по залу и говорил, что меня тут Перов по голове ударил.



"Крестный ход" (1861) называется. Смешно? Мне нет. А представляете каково тогда было? Вы только всмотритесь в эти лица, в этот праздник, в эти наряды и пьяные рожи ползающих с крестами попов. И грязь и лужи - это ведь не спроста. Это не фотография, на которой как увидел так и снял (в общем случае). Это живое полотно на котором каждая деталь - создана рукою художника. Сейчас много в инете картинок с общей надписью "Угадай страну по фотографии". Так вот в этой каждый угадывал страну. И от того было только совестней больнее и нестерпимее. Настолько, что картина не долго провисела на выставке. Её не принимали, ругали, упрекали. Не знаю какая бы была у нее судьба, если бы не тут же купивший ее Третьяков.

Петров же на эти обвинения отвечает своей новой картиной "Чаепитие в Мытищах" (1862).



Возмущают вас чумазые попы? Так получите же попа чистого, довольного, сытого! Рассмотрите здесь фигуры, жесты. Сцена достойная старой лейки Брессона. Конечно, эта остужающая чай рожа сама по себе вполне способна вызвать усмешку. Но сколь долго она продержится, после того как взгляд дойдет до убитого живьем солдата? Боль, скрытая в его морщинах, стирает смех. И ребенок. Обратите внимание, на эту особенность Перова - он фигурой, одеждой, спиной (не показывая лица) даёт полное представление о чувствах, о подавленности и страданиях персонажа.
Многие из своих чувств в дальнейшем Перов будет выражать именно через детей. Усиливать, углублять, раздвигать границы восприятия.

В 1863-1864 годах жил в Париже на полученный грант. Писал сцены уличной жизни. Вернувшись в Москву стал гораздо более серьезен, драматичен. Не пытаясь более намёком на улыбку сгладить впечатления. Писал сильные глубокие жанровые сцены, в которых обращался к тому, что у нас называлось "униженные и оскорбленные" (без сарказма с моей стороны).
Вы, наверное, видели подборки фотографий про бомжей - когда лицо крупным планом и с таким сильным контрастом, что каждая морщинка видна и обязательный блеск в глядящих на тебя глазах. Такого много некоторое время назад появлялось - это был простой способ (якобы) рубануть правду-матку. Но сколько правды в самих авторах этих фотографий? Что стоит за приёмом? Признаюсь, хочется заклеймить, но сдержусь, ибо, не ведаю. Лишь упомяну, что у Перов болел. Схема получения подобных фотографий понятна и очевидна, остается только иметь либо смелость либо наглость для того, чтобы подойти к бомжу. Перов же, открывал свои способы и методы, которые рождались из его буквально стонущего сердца. Там, по середине 17-го зала Третьяковки, можно сесть и согнуться, закрывая уши, спасая их от криков всех тех изможденных, убитых, убиваемых людей в окружающих тебя полотнах.
Наверное, можно спросить "Зачем?". Здесь только каждый сам может ответить себе на этот вопрос. И не факт что сразу. У некоторых вопросов есть потрясающее качество - они остаются в памяти. Даже после того как наше наивное сознание сфабриковало свой ответ. Вопрос опускается в область подсознания, которое начинает искать ответ - в постоянном, не заметном для нас, режиме. Пока мы смеемся, кушаем, читаем интернет - оно ищет ищет ищет - во всём нашем прошлом, текущем и будущем опыте - оно ищет ответ на тот самый вопрос заданный со старой картины.

"Проводы покойника" (1865)



Одна из моих любимых. Концентрация трагедии выписанной в каждой точке полотна. Женщина, мальчик, девочка и гроб. Женщина за поводьями... значит в гробу муж. Что такое в крестьянской семье остаться без кормильца объяснять не надо. Убитая, совершенно убитая женщина - тот самый пример перовского портрета со спины. И без лица нам всё понятно. Её осанка, сжатость - больная покорность судьбе.
Здесь не видно, но лицо мальчика - я не знаю, он словно в припадке, когда смотришь на него вплотную. В этом отцовском тулупе ему теперь предстоит стать взрослым даже не научившись читать и тащить семью ломая спину, без не могу, без ни хочу, получая поджопники и подзатыльники от всех тех, кто будет согласен заплатить любую плату за любую работу.
Рядом какая то чистая... словно слеза, скорбь девочки по отцу. Может быть в ней сейчас что-то самое родное в своем проявлении к происходящему.
И лошадь тянущая (именно тянущая!) всю ношу. И небо непременно давящее!
Перов не был живописцем. Он никогда не писал пейзажей. Но для своих целей, для своих задач и замыслов он прочувствовал окружающее пространство в должной глубине. Его пейзажи всегда достаточно скупы, но каждый раз выражают собою чувство.
А теперь нюансы. Этот просвет впереди, который невозможно не заметить. Собака, которая никого не тащит, ни о чём не знает и просто брешет на любую ношу, на любую лошадь, на любого странника. Белый клочок ткани торчащий из гроба - лишь одним своим уголком дающий знать о покойнике, о теле, которое тоже здесь, на картине, в ящике. И, наконец, сильнейший, на мой взгляд момент, то о чем скромно молчит описание картины на любом уважающем себя сайте - срущая лошадь. Это гениально. И в первую очередь потому что это не сарказм, не юмор, не усмешка, не потеха, не сатира или карикатура - но лишь данность. Похороны, потеря отца, кормильца, человека в конце концов, разбитые судьбы, убитое детство - и не смотря на это срущая лошадь, которая срёт тогда, когда есть к этому позыв, не смотря ни на что. И это, по-моему, полный пиздец, вбивающий последний гвоздь.

Не давая расслабиться, в следующем же году (и висящая рядом на стене) "Тройка" (1866).



Пожалуй, самое большое по размеру полотно Перова и уж точно самое большое из его жанровых. И не даром. Когда из жестокой зимы картины на тебя выходят три измученных ребенка (не фигуры, не люди - а именно дети)... когда ты видишь крупно их лица (при том, что остальные жанровые работы Перова достаточно камерны - однако невероятно детальны), когда видишь всю жизнь... всю похищенную обстоятельствами, судьбою, кем угодно - но похищенную! жизнь - становится больно... По-человечески больно. Я представил тех детей, у которых нет игрушек, которые не вспоминают с благодарностью детство, которые не говорят, что раньше было хорошо! Они не хотят вернуться Туда и снова стать детьми! Только не это! Только не снова маленьким, убогим, готовым всё стерпеть ради хлеба ребенком...
И ведь это не художественный вымысел, не фантазия автора или меня. Для чего он писал свои полотна? Может быть эти три маленьких ребенка (которым в нормальной жизни родители даже чуть тяжелый ранец с учебниками не дадут нести, взяв его в свои руки) тащат из последних сил свою ношу, чтобы я лишний раз не отругал свою дочь? чтобы был сдержаннее к пинающему в самолете спинку моего кресла младенцу? чтобы смог улыбнуться выходящей из себя матери чужого капризничающего ребенка?
Может быть, чтобы кому то помог?
Что ж, пусть эти вопросы уйдут в моё вечно ищущее ответ подсознание.

....Я устал. Последние две картины снова вывернули меня наизнанку. Так что, извините, закончу коротко.


В 1870-х Перов углубляется в тему портретов. Собственно они были для него естественным назревшим путем развития. С каждой из прошлых картин смотрели удивительно характерные лица. Странно было не выйти им на первый план. И они вышли. Его портреты получили самую высокую оценку. Я вначале писал об этом. О всей той собранной, выхваченной и помещенной на полотно правдивости и глубины изображенной души.
Тот самый образ Достоевского, который мы знаем - он именно Перовым создан.









Руки, движения глаз, бровей, меняющиеся по мере просмотра морщина лба... И, конечно, его палитра, которая просто сводит меня с ума своей кучностью, концентрированностью, фокусированием в центр чувства. Словно он убрал всё лишнее, отсёк, отмёл, отбросил. Столь глубоко передавая лицо, он и тело заставил говорить. У Перова тело, одежда, форма, положение в пространстве - не просто несёт одежду, красоту или поддержку портретной головы, оно является вторым лицом, продолжением личности, сущности, прошлого и текущего.

Всё, серьезно. Меня уже даже на его Охотников и прочие вещи не хватает. Извините.
Картинка

Lou Reed



Наверное, когда после старших классов школы родители отправляют тебя на электрошок для лечения от гомосексуализма - что-то в твоей голове должно произойти. Даже глубже, чем в голове, которая на неопределенное время уподобляется овощу - где-то внутри ты превращаешься в другого. Кто-то ломается, кто-то бунтует, а кто-то становится Лу Ридом. И говорит фразы вроде такой "Я не могу делать все, что хочу. К примеру, вести свое телешоу. Или снять свое кино. Но внутри моего маленького мира никто не указывает мне, что будет на моих альбомах". И ведет себя в полном соответствии. Практически никогда не попадая в текущее - живя либо в будущем, либо в прошлом. Иногда заглядывая к нам с уставшим лицом.
Секс, наркотики, рок-н-ролл - в случае Лу Рида, являясь сексом, наркотиками, рок-н-роллом - полностью выходят из стандартной формулы-кричалки "Секс, наркотики и рок-н-ролл!". Имея всё тоже, что иные - он имеет это по своему. Глубже, разрушительней, полнее. Знаете, когда он умер, там, на верху, произошел переполох - все то думали, что он давно у них, обжил свой уютный домик, завел жену, машину - с тех пор, как сыграл в гробик. А он вот он - лишь на пороге врат. Странный, сумасшедший, больной, неизлечимый Лу Рид. "Здесь не курят" - сказали ему. Дабы не отняли, он съел свою сигарету, дожевывая - смотрел на облака под ногами и думал, что надо шагнуть, чтобы понять, чтобы увидеть что здесь и рассмотреть что же осталось внутри после прохождения чертовых райских врат.

Картинка

Винил: Cat Stevens "Tea for the Tillerman" (1970)



Я вам расскажу историю. Даже не просто историю, а древнюю легенду.

Давным-давно всё было как всегда, весна, лето, осень, зима... Но что-то пошло не так, за третьим месяцем зимы пошел четвертый, пятый, шестой... Формально месяцы года назывались по прежнему, их никто не переименовывал, конечно. Но по факту за окном лежали сугробы, дул холодный ветер. Зима не уходила. Никто не понимал в чем дело. Не было урожая, кончались дрова, детям надоели санки. Люди перестали чистить улицы, потому что каждое утро плоды их трудов были занесены новым, свежим, не приносящем удовольствия снегом. Сугробы становились всё больше, люди выходили на улицу всё меньше, зима становилась всё холоднее.
"Я видел их", "И я видел их", "Под моим окном они тоже были" - понеслось между людей о неизменно появляющихся в городе легких следах на белом снегу. "Кто бы это мог быть?" - задавались все вопросом.
"Я шел по этим следам и пришел к твоей двери. Это был ты?", "Нет, не я"... "Заходи выпить горячего чаю", "С удовольствием, спасибо".
Выходя на новую путеводную тропинку люди начали брать с собой пару драгоценных поленьев, чтобы поддержать огонь в очаге друга, на котором висел шипящий жестяной чайник.
"Я не видел их уже неделю", "Да, я тоже", "Куда исчезли следы?"... "Может быть с ним что-то случилось?". И люди пошли искать того чьи бы могли быть эти следы. Они собрались все вместе и направились в лес. Сразу в глубокий, заваленный снегом лес. Негде более было пропасть тому, кто выстраивал им тропинки.
Они шли, шли, шли, брели по глубокому снегу, ползли, чтобы не проваливаться по горло. Люди шли долго и силы им придавало то, что не думали они об обратной дороге. С самого начала в каждом из них было чувство, что это больше чем поиски того, чья нога оставляет след.
И они упали. С сугроба на землю. На ней еще не было травы, но это уже была земля без снега. Целая поляна обнаженной земли. И человек на пеньке, с гитарой в руках. Он улыбнулся им. Они улыбнулись в ответ. Он начал песню... отбивая ритм ногой оставляющей след.
И началась, друзья, весна.

Картинка

Elina Garanca (Элина Гаранча)



Ну что ж, друзья, я снова влюбился. Оперная дива. И да, пусть она не лидирует ни в одном из встреченных мною рейтингов, пусть никто не кричит в комментариях к этим рейтингам, что Элина Гаранча незаслуженно далеко от первого места. Пусть. Для меня она - прекрасна. Пусть ее голос не прошибает сразу подобно урагану Чечилии Бартоли. Пусть. Элину надо расслушать. Погрузиться. Она не из тех, кто сразу выворачивает всю себя. В ней - не очевидное второе дно. Вот что я написал несколько дней назад другу в скайпе: "такие взгляд и лицо... словно с двойным дном". И дал ссылку на это видео:

"Al pensar en el dueño de mis amores"


Взгляд, лицо, голос, фразировка - при первом взгляде всё довольно хорошо, но не броско, не цепко, "хорошо" да и только. Но то самое "второе дно" - раскрыв глаза и уши - забыть уже не возможно. То, что раньше казалось холодным - становится страстным. То, что раньше казалось отсутствующим - становится неочевидно глубоким. И тогда ты погружаешься...
Collapse )
Картинка

Joel-Peter Witkin speak



По-моему, фотография способна оказывать столь сильное влияние на людей потому, что в отличие от других визуальных искусств, например, телевидения или кино, изображение на фотографии неподвижно. Мне кажется, человек становится фотографом, потому что хочет охватить весь мир и сжать его в один неподвижный образ. Подобно тому, как некто, желающий сообщить что-то важное, хватает вас в охапку и держит, смотря вам в лицо. Отсюда и сила застывшего на снимке изображения.


Вот как я работаю (Уиткин разворачивает большой альбом, в котором от руки сделан карандашный набросок всклокоченного человека.). В музее я увидел этого парня – это очень странный, почти безумный человек, совершенно прекрасный и очень русский. Но у него будет женская грудь, на его грудной клетке. Я хотел сделать такую фотографию в Берлине в 1998-м. Это будет метафора любви, и безумия, и одиночества. Я надеюсь, что женщина, которая вскоре подойдет, обладает такой грудью, какая мне нужна. Для того, чтобы осуществить снимок, я работаю с «Мосфильмом». Будет сделан слепок. Грудь из латекса будет присоединена к мужскому телу. Мужчина-модель выглядит совершенно по-русски – это фантастика! Даже те люди, которые окружают меня, сказали, что он великолепен. Если он будет моделью, то это будет очень романтическая, необычная фотография.


Я находился в помещении с мертвецом. Я подпираю его, вкладываю рыбу ему в руку, проверяю свет. Выпрямив его, я делаю несколько снимков, просто так, на всякий случай. Затем я готовлю тело к вскрытию. И вот, во время вскрытия, он начинает изменяться! Лежа на столе он меняется. Я обращаюсь к переводчику - мексиканцу, умнейшему человеку, и оказывается, что он видел тоже самое. Переводчик говорит "Сейчас он предстоит перед судом. Прямо сейчас". Неожиданно оказывается, что лежащий человек - уже не прежний бродяга. С ним только что произошло какое-то превращение, пока он лежал на столе. Я говорю лаборанту: "Не надо смывать с него кровь по завершению вскрытия. Пусть остается".
Обычно при вскрытии вынимают мозг из черепной коробки. Иногда его возвращают обратно, или набивают мозговую полость тряпками, газетами - может, Daily News, чтобы сохранить форму головы. На этот раз они поместили мозг обратно. Когда его держали в руках, я сказал - посмотри на этот мозг - в нем, возможно, гнездились мысли, полные злобы, но, во всяком случае, этот человек уже дал ответ перед судом и сейчас пребывает в другом обличье.
Когда вскрытие закончилось, я переместил тело в комнату, которую вы видите на снимке, и, усадив на стул, сфотографировал в сидячем положении. Я провозился с ним часа полтора, в результате он выглядел почти как святой Себастьян. В нем появилось изящество. Могу поклясться, что его пальцы удлинились наполовину. Я никогда не видел людей с такими длинными пальцами. Как-будто он тянулся в бесконечность.


Фотография — это встреча, судьба. Необходимо встретить модель, что-то увидеть, почувствовать. Однажды в Сан-Франциско я получил разрешение на съемку сорока тел — думал, что сделаю целую выставку. Но все тела оказались скучными, в них уже ничего не было, и я не стал снимать.


У меня часто бывают выставки во Франции: приходят молодые семьи с детьми, останавливаются у самых жестких работ, родители что-то объясняют… Это другой подход — вместо американского "не позволяйте детям это видеть".
Картинка

(no subject)



Эта фотография (только обрезанная по лобок) подверглась цензуре на ФБ. И хрен бы с ней с цензурой - многие пользователи жаловались и гундели. Вот это, я считаю, победа маразма. Одно дело искать врагов народа и другое дело, когда народ сам сдает этих врагов. Это пять. На дружественном разуму д3 есть такой коммент: "Общество уже давно сошло с ума. Потребляя чернушный контент(все эти взрывы, катастрофы и насилие), люди приходят в ужас от простых изображений обнаженных людей." И вторивший ему: "Ага. Убивать — преступление. Показывать убийство — не преступление. Заниматься сексом — не преступление. Показывать секс — страшное, жуткое преступление. Ну не маразм ли?".
Это грустно, друзья, это грустно. Девушка, конечно, ни разу не Салли Манн, но я помню ее (узнал по названию сайта) еще с фотосайта. Она и сейчас там постоянно постится. Я не пойду на ее выставку, но глядя ее работы хочется порадоваться за автора, потому что возникает нерушимое ощущение, что ему хорошо. Ну вот, знаете, живет человек и ему хорошо. Редкость. Но бывает. И это всегда (меня) восхищает. Я хочу улыбнуться такому человеку. И мне не хорошо, если кто-то делает ему плохо. Словом ли, делом ли. Не надо трогать блаженных. Не надо трогать искусство. И то и другое свято.
Думаю, пройдет еще немного времени и кто-нибудь напишет большую статью, в которой через понятие "педофилия" препарирует всё наше безбожное общество.
Картинка

Пост загадка

Был такой человек - Август Зандер. Вот он:



Немец. 1876 года рождения. Фотограф. И был у него проект которым он занимался всю жизнь, который сделал его известным при жизни и не дает забыть сейчас. "Люди двадцатого века". Без каких то длинных современных текстов и жизнеописаний - человек, профессия - всё. Казалось бы ерунда. Но масштаб и качество поражают. У него действительно получился срез общества. Причем настолько правдивый и убедительный, что фашисты, придя к власти, объявили его проект вне закона - слишком не соответствовали изображенные в нем люди "истинным арийцам".
Collapse )
Картинка

Rolling Stones "Paint It Black"

Спорить с мощью Роллингов, конечно, глупо. Да я и не о том. Я о некоторой проблеме восприятия. Они ж... мммм.... какое ж слово подобрать... некая яркая хулиганствующая форма; человек знающий что нож надо держать в правой, вилку в левой, но при этом загребающий еду руками; некто с вечно взъерошенными волосами ("волосами"! Когда Патти жила в отеле Челси и еще не была известной - она сделала прическу под Кита - одно это обеспечило ей локальную популярность в среде "богемной" альтернативы).
Так вот о восприятии. К таким людям тяжело относится серьезно. Всё - лишь повод для выделения пота. "Мне больно!" - "Да! Чувак! Давай еще!" - примерно так.
Может быть поэтому мне кажется что часть текстов Мика-Кита недооцененными.

Я вижу красную дверь и хочу, чтобы она была черной.
Никаких других цветов, я все хочу видеть в черном цвете.
Я вижу девушек, гуляющих в летних платьях,
Я должен отвернуться, пока не рассеется моя тьма.

Я вижу поток машин и все они черные.
Цветы и моя любовь никогда не вернутся ко мне.
Я вижу людей, оборачивающихся и быстро отводящих взгляды -
Как и рождение ребенка, это происходит каждый день.

Я заглядываю внутрь себя и вижу, что мое сердце черное,
Я вижу мою красную дверь, но она окрашена в черный.
Может, тогда я исчезну, и мне не придется мириться с действительностью.
Нелегко принять факт, что весь твой мир стал черен.

Никогда больше мое зеленое море не станет ярко-голубым,
Я не могу предсказать, случится ли это с тобой.
Если я внимательно всмотрюсь в заходящее солнце,
Моя любимая будет смеяться со мной до самого утра.

Я вижу красную дверь и хочу, чтобы она была черной,
Никаких других цветов, я все хочу видеть в черном цвете.
Я вижу девушек, гуляющих в летних платьях,
Я должен отвернуться, пока не рассеется моя тьма.

Я хочу видеть всё покрашенным, покрашенным в черный цвет,
Черный, как ночь, черный, как уголь.
Я хочу видеть солнце стертым с неба,
Я хочу видеть всё окрашенным, окрашенным, окрашенным, окрашенным в черный цвет...



И, по традиции, пройдемся по каверам.
Collapse )